ГлавнаяНовостиЛичная страницаВопрос-ответ Поиск
ТЕКСТЫ
162

Приз для двоих

Дата публикации: 09.07.2012
Дата последнего изменения: 09.07.2012
Автор (переводчик): Alushka*;
Бета: JaneZH
Пейринг: Джаред / Дженсен;
Жанры: АУ; инвалидность; романс;
Статус: завершен
Рейтинг: NC-17
Размер: миди
Саммари: После аварии Джаред замыкается в себе, так как считает, что из-за шрамов на него никто и не посмотрит. Друзья нанимают ему специалиста по секс-реабилитации – Дженсена.
Глава 1

***

В том, что затея Джеффа обречена на провал, Джаред убедился сразу, как только увидел так называемого специалиста.

Брат, должно быть, неудачно пошутил, прислав ему нахального хастлера со смазливой физиономией вместо дипломированного врача. Или он на самом деле решил, что мужчина-проститутка будет в состоянии решить все его проблемы?

- Я Дженсен, - отодвигая оторопевшего Джареда широким плечом и пачкая грязной обувью светлый ковер в просторном холле, сообщил незваный гость. – Твой партнер на ближайшую неделю.

Он с любопытством огляделся по сторонам, не обращая ни малейшего внимания на возмущенно застывшего в дверях хозяина квартиры и, чавкая жевательной резинкой, добавил:

- А ничего тут, миленько. Я думал, будет хуже. Джефф сказал, что ты тот еще сноб.

В этот момент Джаред внезапно понял, что с одинаковой силой ненавидит как отдельного представителя центра по реабилитации, так и любимого старшего брата, втянувшего его в эту авантюру и одарившего специфическим «подарочком».

- Я хочу расторгнуть контракт, вы мне не подходите, - произнес он, стараясь говорить по возможности сурово и внятно.

Из-за утягивающих щеку шрамов получилось не так хорошо, как хотелось бы, но все равно внушительно.

- Во-первых, договор подписан не с тобой, а с тем мистером Падалеки, который Джеффри, - заваливаясь в любимое кресло Джареда и закидывая свои ужасные ботинки на толстой подошве на хрупкий стеклянный столик, заявил хастлер. - А во-вторых, тестовая неделя как раз и существует для того, чтобы проверить нашу совместимость и решить, нужен ли контракт на более длительный срок.

Джаред молча хватал ртом освеженный кондиционером воздух, не представляя, что ответить на такое наглое заявление.

Дженсен тем временем потянул со столика свежий номер «Плейбоя» и принялся с интересом его просматривать.

- Ты так и собираешься там сидеть? – отмирая, выдавил из себя Джаред.

- Я бы предложил познакомиться поближе, но предпочитаю отложить этот этап до лучших времен. Уверен, сначала ты хочешь побеседовать с Джеффри и попытаться аннулировать нашу договоренность. Или попросить вместо меня блондинку, - не поднимая взгляда от разворота с грудастой красоткой, невозмутимо пояснил кандидат в партнеры. – Когда окончательно выпустишь пар и смиришься с ситуацией, свари мне, пожалуйста, кофе. Я с утра еще не завтракал.

Кипя от бешенства, Джаред  запер все замки, топая пяткам, прошел в спальню, плотно закрыл за собой двери и дрожащими пальцами набрал на сенсорном экране номер телефона своего брата. Из-за волнения он дважды ошибался, и когда все же дозвонился до Джеффри, разобрать его гневную речь стало практически невозможно.

- Стоп-стоп-стоп, Джаред, - перебил его Джеффри. – Помнишь, о чем мы договаривались? Ты даешь мне карт-бланш на неделю, и только если мои методы не помогут, я оставлю тебя в покое!

- Убери это чудовище из моей гостиной, - прошамкал Джаред, пытаясь справиться с непослушным языком и губами, – он невозможен! Когда я соглашался на твое предложение, то представлял себе совершенно другое. Какого-нибудь седовласого профессора.

- Ты мечтаешь о сексе со стареньким профессором? – подколол брата Джеффри.

- У меня проблемы с этим делом, если ты еще не понял. И мне нужен психолог, а не шлюха! – едва не срываясь, рявкнул Джаред.

- Мы это уже обсуждали, - мягко напомнил Джефф, – и ты согласился на практикующего специалиста.

- Должно быть, в тот момент я был под кайфом! Тебе лучше знать, что мне капали и кололи в вашей клинике, - ни один нормальный вменяемый человек в здравом уме не согласился бы на этого типа в роли партнера. 

Пауза затянулась. Молчание Джеффа, судя по громкому сопению, доносившемуся из телефона, не предвещало ничего хорошего.

- Вообще-то Эклз - лучший, и мне стоило немалых трудов его уговорить, - угрожающе кашлянув, огорошил Джареда брат. – Так что кончай ломаться и иди знакомиться. Потом еще спасибо мне скажешь.

- Да пошел ты! – раздосадовано буркнул Джаред в уже запищавшую короткими гудками трубку.

Он прикрыл глаза и попытался проделать те упражнения по дыхательной гимнастике, которые показывала ему инструкторша в больнице, когда мобильник в его руке разразился третью. Взглянув на дисплей, Джаред впервые за утро улыбнулся:

- Что, Джефф, хочешь сказать, что передумал и готов отменить это безумие?

- Не дождешься, - ехидно протянул Джеффри. – Просто решил дать добрый совет, который убережет тебя от членовредительства. Дженсен по утрам не в настроении. Не доставай его до первых двух чашек кофе.

Теперь уже Джаред отключился, не прощаясь. Его брат что, окончательно сошел с ума? С чего бы это его должно волновать настроение проститутки?

Отшвырнув телефон на развороченную постель – после больницы, где его накачивали безумным количеством снотворного, Джареду еще ни разу не удалось нормально выспаться – он вышел обратно в холл, скользнул взглядом по медитирующему на сексуальных девиц хастлеру, скривился и проследовал дальше.

Джеффри может нанимать кого угодно, но Джаред не обязан следовать его правилам. Идеальным вариантом будет вообще игнорировать наглого гостя. Кстати, Дженсен - это имя или фамилия? Кажется, Джефф называл его как-то еще, но, откровенно говоря, Джареду было наплевать.

Он добрался до мини-спортзала, собираясь сбросить напряжение. Переломанная в трех местах нога не позволяла выполнять привычный комплекс упражнений. Рукой, лишенной двух пальцев – мизинца и безымянного, было не так удобно держать гантели. Но именно здесь, среди матов и тренажеров, Джаред чувствовал себя уверенней всего и тихо радовался, что при покупке квартиры вместо гостевой спальни оборудовал зал. Даже таким, каким он стал после трагедии – покалеченным и ущербным, он мог бы дать сто очков вперед любому офисному задохлику.

Дженсен появился сорок минут спустя, когда Джаред обливался потом на беговой дорожке. Пошел и бесцеремонно сбавил скорость, в качестве пояснения обронив:

- Слишком сильные нагрузки.

- Тебе-то какое дело? – вспыхнул Джаред, утирая предплечьем лоб.

- Я все еще жду свой кофе, - вредным голосом напомнил Дженсен.

- Давно бы сварил себе сам! Или не умеешь пользоваться кофеваркой? – огрызнулся Джаред, переходя с беговой дорожки к комплексу силовых тренажеров и буквально всей кожей ощущая оценивающий взгляд хастлера.

Это раздражало. Безусловно, раньше Джаред гордился своим телом – чтобы из тощего неуклюжего подростка превратиться в подобие Геркулеса с идеально прокаченными мышцами, ему пришлось приложить немало усилий. Но он любил физические нагрузки, ему нравилось быть сильным, ловким, гибким. И хотя профессия каскадера предполагала высокий травматизм, Джаред всегда был счастливчиком не только из-за расположения фортуны. Он действительно много и упорно работал, чтобы без нареканий выполнять самые сложные трюки. И, что уж скрывать, привык к восхищению публики.

Вот только теперь, когда все изменилось, Джареду не хотелось бы, чтобы на него глазели посторонние. Обернувшись, чтобы высказать свои соображения по этому поводу в максимально резкой форме, Падалеки обнаружил, что единственный зритель уже ушел, и удовлетворенно улыбнулся. Вот и славненько.

 ***

Одуряющий аромат кофе настиг его минут через десять. А чуть позже к нему добавился запах свежеиспеченных блинчиков. Смазливый хитрец, похоже, специально неплотно закрыл двери, чтобы подразнить своего недовольного клиента, и теперь Джаред разрывался между желанием проигнорировать явную провокацию и насладиться плотным вторым завтраком. Отменный аппетит и прекрасный метаболизм всегда были отличительными чертами Джареда – он любил много и вкусно поесть, а сейчас это стало едва ли не единственным доступным ему удовольствием. Наверное, именно этот факт и решил вопрос в пользу второго варианта.

Дженсен обнаружился на кухне, у плиты, с прихваткой в одной руке и лопаткой в другой. Остановившись в дверях, Джаред впервые с момента встречи по-настоящему внимательно изучил доставшийся ему по воле Джеффа «сюрприз».

Объективно, парень был очень хорош! Уже не зеленый юнец и, пожалуй, староват для хастлера, но вполне во вкусе Джареда. Красивая спина, обтянутая тонкой тканью футболки, плавно переходила в гибкую крутую поясницу, простые джинсы плотно облегали крепкий упругий зад. Лицо тоже оказалось очень приятным. Броскую красоту можно было бы назвать почти девчачьей, если бы не детали, подчеркивающие мужественность парня. Тонкий, изящный нос был когда-то перебит, щеки украшала легкая щетина, пухлые, обольстительные губы слегка обветрились, а глаза под пушистыми ресницами обрамляли чуть заметные смешливые лучики морщинок.

- Налюбовался? – внезапно для Джареда уточнил Дженсен, по-прежнему не глядя в его сторону и углубляясь в процесс переворачивания на сковороде очередного, большого и тонкого блина.

- Прости, я думал, ты не замечаешь, - отчего-то смутился Джаред, зачарованно наблюдая за ловкими руками Дженсена.

- Значит, для тебя это нормально: таращиться на человека, когда тот этого не видит?

В том, что специалист по секс-реабилитации оказался еще той язвой, Джаред уже убедился и тут же парировал:

- Сам-то тоже пялился на меня в зале!

- Поймал! – рассмеялся Дженсен. – Должен же я был изучить материал для работы!

Он убрал газ и поставил на стол тарелку со стопкой золотистых блинов. Налил в большую кружку кофе, добавил три ложки сахара, перемешал и пододвинул Джареду.

- Садись и ешь, а я буду говорить. Потом поменяемся.

- Чего? – не понял Падалеки, гадая, откуда Дженсену известно про его любовь к сладкому?

- Предлагаю сесть за стол переговоров, - ехидно ухмыльнулся Дженсен. – Надо же нам как-то целую неделю существовать вместе в замкнутом пространстве. Давай проясним ряд вопросов и составим план действий.

- Установим правила для гостей, ты хочешь сказать? – поправил Джаред и, свернув первый блинчик трубочкой, сунул его в рот.   

Первое правило сложилось у него в голове тут же – Дженсен просто обязан будет готовить! Если все остальное у него получается не хуже, чем эти восхитительные блины, то он создан для роли повара. Ради такого случая, Падалеки сам закажет ему через магазин-на-диване роскошный фартук!

Но тут предполагаемая «кухарка» уселась напротив, сцепив руки в замок, и обломала ему весь кайф:

- Завтраком я тебя кормлю в первый и последний раз. Ненавижу кухню. Зато знаю дюжину хороших и недорогих ресторанов поблизости.

Джаред в панике замотал головой, и даже закашлялся, подавившись:

- Я не выхожу на улицу!

- Да, брось! – искренне удивился Дженсен, ненавязчиво похлопав его по спине. – Джеффри мне ничего такого не говорил.

- Он не… не в курсе всего, - признался Джаред, пытаясь понять, что это такое вот прямо сейчас было? Этот тип действительно его только что трогал? О, господи!

- Давай все же проясним кое-что, - без улыбки, предельно серьезно предложил Дженсен. – Я знаю только что ты был каскадером, вы снимали сцену в горах, и в результате обвала погибла почти вся съемочная группа. Режиссер оказался полностью парализован, оператор ослеп, одна из актрис все еще в коме, кто-то лишился ноги. Сравнительно легко отделались трое: ты, гримерша и один из осветителей.

- Легко отделались?! – возмутился Джаред и помахал изувеченной рукой перед своим покрытым уродливыми шрамами лицом.

Несмотря на усилия врачей, вся левая щека и подбородок были похожи на поле боя, рот слегка кривился на сторону, ухо лишилось мочки, а уголок левого глаза смотрел вниз.

- Твой брат отличный хирург, и если он утверждает, что часть шрамов можно будет убрать, то так оно и есть! – резковато бросил Дженсен. – С тобой не случилось ничего по-настоящему плохого. Ты жив и дееспособен. Сейчас важнее не то, как ты выглядишь, а то, что творится у тебя в голове. Почему ты не выходишь из дома? Почему расстался со своей девушкой?

Джаред кашлянул, глотнул кофе и начал с самого легкого:

- Мы с Женевьев решили, что так будет лучше для всех. Она – начинающая перспективная актриса, умница и красавица, а я безработный урод. Я не могу ей ничего предложить.

- Да, но она могла бы помочь тебе. Пары обычно складываются из людей, которые заботятся друг о друге. Джефф сказал, до несчастного случая вы планировали пожениться? Так что случилось?

- Случилось то, что я теперь вот такой! – снова вспылил Джаред. – Ты что, не видишь, как я выгляжу? Да ей было стыдно приезжать ко мне в больницу! Она мимо меня на стену смотрела и стеснялась, когда я хотел проводить ее до лифта. К тому же, у меня теперь не стоит. Вообще. Зачем девушке парень-импотент?!

- Все ясно, - сухо сказал Дженсен и поджал губы.

- Что тебе ясно?! – разозлился Джаред. – Не смей обвинять Женевьев! Не она виновата в том, что я согласился на эти съемки, не она толкнула меня под камнепад. Она достойна лучшего, чем быть подругой такого неудачника, как я.

- Джей, но ты же не неудачник… - лицо хастлера вдруг стало каким-то открытым, словно они были давними друзьями, с него на миг слетела маска циника, обнажая искренность и сочувствие, и Джаред обозлился еще больше.

- Не смей меня так называть! И не смей меня жалеть, слышишь ты, придурок! Я хотя бы не раздвигаю за деньги ноги перед незнакомцами и не лезу им в душу через постель!

Джаред понимал, что позорно сорвался, что кричит и брызгает слюной, без причины оскорбляя человека, который, в общем-то, хотел всего лишь ему помочь, но не собирался останавливаться. Единственное, о чем он мечтал – чтобы его оставили в покое. И если этот лощенный красавчик сейчас оскорбится и уйдет, разобрав ту неразборчивую белиберду, которую вывалил на него Падалеки, так будет лучше для всех.

- У тебя слюни весь подбородок закапали, - очень мягко, словно разговаривая с больным ребенком, произнес Дженсен, дождавшись, пока Джаред выговорится.

Он спокойно достал салфетку и вытер Джареду рот и короткую неопрятную бороду.

- Извини, - через силу пробубнил Джаред.

- Ничего. Я и половины не понял – тебе бы не помешали занятия с логопедом. Если правильно выполнять рекомендации, нормальная речь восстановится уже через пару недель.

- Я… Я не…

- А еще, если не хочешь выглядеть пещерным человеком, надо сходить в парикмахерскую. У тебя бомжеватый вид. Мне-то все равно, но как только мы выйдем в люди, тебе самому будет неловко.

- Я не собираюсь с тобой никуда выходить! – уже понимая, что избавиться от упорного специалиста не получится, на всякий случай заявил Джаред.

- Увы, отказов я не принимаю. Но могу предложить варианты, - Дженсен стянул у Джареда из под носа блинчик, тщательно прожевал и нахмурился: - Соли маловато.

- Да ты что? Они идеальны! – испугавшись, что вкуснятину сейчас забракуют, Джаред подвинул тарелку поближе к себе и приготовился не расставаться с ней без боя.

- Мы можем начать с утреннего похода в пиццерию на углу – по утрам там мало народа. Или сходить в кино на последний сеанс, в темноте тебе будет уютно. Или днем погулять в парке. Обещаю выбирать самые безлюдные дорожки, - как ни в чем не бывало, перечислил Дженсен.

- Нет! – отрезал Падалеки.

- Да, - улыбнулся хастлер.

Улыбка, когда он не кривлялся и не иронизировал, у парня была славная. А глаза под рыжеватыми ресницами – зелеными. Едва обнаружив этот факт, Джаред понял, что пропал. Зеленоглазые парни всегда вили из него веревки, и Джефф отлично об этом знал. Чертов Джефф!

- Я сейчас напишу все три варианта на бумажках, и ты вытянешь жребий, - предложил Дженсен. – По одному выходу в день будет нормально.

Джаред побледнел.

- Нет! Нет и нет! Ты не можешь меня заставлять!

- Не могу, - согласно кивнул Дженсен. – Ты сам сделаешь выбор, ну а я тебя поддержу.

 ***

С погодой им повезло. В том смысле, что желающих гулять под мелким моросящим дождем было совсем немного, и парк оказался почти пустым.

Дженсен кутался в легкую куртку, недовольно хмурился, наступая в лужи, время от времени что-то ворчал, и Джаред  вдруг поймал себя на мысли, что обращает слишком пристальное внимание на озабоченную вертикальную морщинку у него между бровей.

- Не замерз? – спросил он ради поддержания разговора, отводя глаза.

- Лучше бы ты выбрал пиццерию! – с досадой признался Дженсен.

Мимо пробежала чья-то здоровая собака, забрызгав его джинсы жидкой грязью, и парень окончательно расстроился.

- Может, домой? – просительно предложил Джаред.

В отличие от хастлера, штаны на нем были непромокаемые, куртка - толстая и плотная, а капюшон, опущенный на глаза, почти полностью скрывал лицо. И все же Джаред чувствовал себя едва ли не голым после трех недель полного затворничества. Он то и дело вздрагивал, оглядывался по сторонам, обеспокоено проверяя, не привлекают ли они лишнего внимания, и старался держаться ближе к кустам.

- Кончай дергаться! – хмыкнул Дженсен и, неожиданно притянув Джареда за отвороты куртки, коротко и быстро поцеловал его в губы.

Джаред взмахнул руками, пытаясь отстраниться, но Дженсен уже сам шагнул назад и вопросительно задрал брови, с трудом удерживая улыбку.

Джаред выдохнул и машинально облизнулся. На губах остался привкус мяты.

Специалист по секс-реабилитации все так же жевал свою жвачку и уже откровенно ухмылялся:

- Ну и как? Не умер же, недотрога!

- Заткнись, - прошипел Джаред. – То, что у меня сейчас проблемы с прикосновениями, не повод для шуток.

- У тебя с нервами проблемы, а не с прикосновениями, - снисходительно заметил Дженсен, засовывая руки в карманы. – А еще с доверием.

На это Джареду нечего было возразить.

Они молча пошли по дорожке, держась на расстоянии метра друг от друга, пока не вышли на другую сторону парка.

Дженсен кивнул на небольшую парикмахерскую через дорогу:

- Не хочешь заглянуть?

От мысли, что ему придется сидеть среди множества зеркал, и кто-то будет тянуть его за волосы, трогать рассеченное шрамами лицо, брить его, касаясь заскорузлой, все еще чувствительной кожи, Джареду стало дурно. Он согнулся пополам, упираясь ладонями в колени, пытаясь вернуть самообладание, и почти сразу почувствовал руки на своем плече и талии.

- Эй, Джаред! Эй! Что с тобой?

Не дождавшись ответа, Дженсен присел, заглядывая снизу. С такого ракурса он казался смешным конопатым мальчишкой, но Джареду было не до смеха.

- Отстань…от…меня… - через силу процедил он.

- У-уу, как все запущено, - без малейшего сочувствия покачал головой Дженсен и предложил: - Мороженое будешь? С шоколадной крошкой?

- Да! – выдохнув, Джаред разогнулся так резко, что потемнело в глазах.

Он подождал, пока зрение восстановится, и вопросительно глянул на спутника:

- Только не говори, что зовешь меня в кафе?

- Всего лишь в супермаркет, - засмеялся Дженсен. – Я возьму ведро клубничного и ведро бананового, и если будешь хорошо себя вести, сделаю сплит.

- С шоколадной крошкой? – с надеждой переспросил Джаред.

- Угу. С ней. И с сиропом. Теперь полегчало?

- Почти, - Джаред сделал несколько глубоких вдохов и жалобно попросил: - Только давай не будем задерживаться в супермаркете? Ладно?

Дженсен покосился так, словно хотел съязвить, но промолчал, и Падалеки высоко оценил столь удивительную тактичность.

В магазине они довольно быстро нашли нужный отдел, набрали несколько сортов мороженого, Джаред расплатился на кассе кредиткой и, когда уже решил, что испытание закончилось, на выходе столкнулся с миссис Гэмбл, соседкой со второго этажа.

- Джаред, мальчик мой! – раскрывая объятья, громогласно воскликнула женщина. – Я слышала, что с тобой случилось. Такая трагедия, такое горе! Сними же этот дурацкий капюшон, я тебя в нем еле узнала. Расскажи мне все подробности.

Ссутулившись и пытаясь стать как можно незаметней, Джаред отступил к стене. Он и раньше не особо любил бесцеремонную даму, хотя всегда был с ней любезен. Но теперь уже от одного ее вида ему хотелось дрожать. Сам того не осознавая, он интуитивно вцепился в руку Дженсена, с силой сжимая его пальцы. Тот отреагировал мгновенно:

- Извините, мисс, но мы очень торопимся.

Прикрывая собой Джареда, Дженсен аккуратно отодвинул женщину в сторону, ускользнул от дернувшегося в его сторону зонта и быстро вытащил Падалеки на улицу.

- Спасибо! – задушено выдохнул Джаред. – Ты меня спас. Бежим отсюда скорей, пока она не спохватилась.

- Что, может пойти за нами? – уточнил Дженсен.

- Почти уверен.

Дождь усиливался, превращаясь в плотную пелену воды. Это давало слабую надежду, что миссис Гэмбл не станет вести немедленное преследование, и все же Падалеки не хотел рисковать. Он оглядывался все время, пока они не перебежали через дорогу и не скрылись за высокой зеленью кустов. Только там, чувствуя себя в относительной безопасности, Джаред обратил внимание, что по-прежнему держит Дженсена за руку, и быстро разжал ладонь.

- Я не против нарушения личного пространства, - с понимающей улыбкой напомнил Дженсен. – Меня для этого и наняли. Так что…

- Ничего не говори! – перебил его Джаред. – Это была случайность. Я просто растерялся, а ты показался мне единственным, кто… - он осекся, вдруг осознав, что именно произошло.

Нахальный парень, который еще утром вызывал острую неприязнь, за какие-то пол дня превратился в человека, не просто допущенного Джаредом в «ближний круг», а в того, на кого он подсознательно положился, ища защиты. Обмолвись кто о таком чуде вчера, Падалеки поднял бы шутника на смех. Сегодня это стало реальностью.

Впервые возникла мысль, что идея Джеффа о специалисте из центра реабилитации оказалась не такой уж и глупой. Конечно, до секса они, скорей всего, не дойдут, но Джареду хотя бы будет с кем интересно провести вечер, выпить пива, посмотреть матч.

Дженсен не смотрел на него с жалостью, не шарахался, не проявлял неуместное, унизительное любопытство. Он действительно не обращал внимания на шрамы, легкую хромоту и отсутствие пальцев. Его не пугала даже невнятная речь. И он не видел в Джареде инвалида, общаясь с ним, как с равным, позволяя себе дружеские подколки и –признак высочайшего профессионализма – ничем не показывая, кто из них наемный работник, а кто клиент. Он был идеален!

И пусть у Джареда разболелась нога, гудело в голове, и весь этот переполненный эмоциями день казался таким бесконечно длинным, что хотелось немедленно отправиться в постель, он все равно улыбнулся, широко и радостно, наплевав на то, что для посторонних его улыбка выглядит кривой и жутковатой.

Язвительный нахал никуда не денется еще целую неделю – и это хорошо! 

 ***

- А почему Джефф договорился с тобой? – рискнул спросить Джаред, доедая третью порцию вкуснейшего мороженого.

Этот вопрос терзал его с самого начала. Джаред не был гомосексуалистом - несколько легких, почти незначительных интрижек с эпизодическими актерами и один довольно серьезный роман с модным фотографом позволяли ему считать себя бисексуалом, но в большей степени он увлекался все же женщинами. И Джефф прекрасно знал его вкус. Все девушки, в которых Джаред по-настоящему влюблялся, были миниатюрными знойными  брюнетками. Поэтому выбор Джеффри его, мягко говоря, удивил.

Сейчас, когда они с Дженсеном сидели на разных краях дивана и смотрели MTV, устроив себе праздник живота, Джаред решил, что пришло подходящее время для откровений.

- Почему я, а не девушка? – уточнил Дженсен, лениво ковыряясь ложкой вазочке.

Его мороженое уже давно превратилось в белесый малоаппетитный кисель, но, казалось, парню нет до этого никакого дела.

- Да, - Джаред облизал ложку.

- Тебе не понравится ответ, - предупредил Дженсен.

Джаред вздохнул:

- Это из-за Женевьев, да? Джефф был жутко зол на нее. Но я ее не виню, нисколько. И мои… проблемы…они связаны не с ней.

Дженсен молчал и щурился, разглядывая руки Джареда. Джаред тоже посмотрел на них – руки, как руки. Большие, грубоватые. На правой – всего три пальца.

- Если я отвечу, выполнишь одно мое желание? – спросил Дженсен и, предугадывая встречный вопрос, уточнил: – Довольно скромное, ничего особенного.

- Хорошо, - кивнул Падалеки.

- Потому что ты не будешь воспринимать меня всерьез, - невесело улыбнулся Дженсен, отставляя свое мороженое в сторону и перемещаясь ближе. – Это ответ. Со слов Джеффа, с парнями тебе всегда было легко, и относился ты к таким связям проще. Сейчас я для тебя вроде тренажера или надувной куклы – суррогат, после которого ты будешь готов к настоящим отношениям.

Совершенно неожиданно Джареду стало стыдно. За себя, за Джеффа, за всю эту дурацкую ситуацию. Он представил себя на месте Дженсена и понял, что предложи ему сейчас какой-то всемогущий волшебник поменяться с ним телами, стать красивым, зеленоглазым, абсолютно здоровым мужчиной, но в придачу получить жизнь Дженсена и необходимость раз за разом обслуживать ворчливых импотентов и вечно недовольных самодуров – и он бы отказался. Наотрез.

А Дженсен вроде бы не унывает и даже не показывает своего отвращения. Ершится, конечно, немного, пытаясь сохранить достоинство, но в целом ведет себя так корректно, что ему можно поаплодировать.

- Так что ты хотел? – хрипловато спросил Джаред, сглатывая ком в горле и пытаясь скрыть нахлынувшее на него внезапное чувство теплоты по отношению к Дженсену.

- Дай мне руку. Правую, - тихо попросил тот. – И не вырывайся.

Джаред поколебался. Пальцы ему отрезали аккуратно, и трехпалой культяшки он стеснялся меньше, чем всерьез изуродованного лица, но все же это было слишком личным.

Однако Дженсен продолжал гипнотизировать его своим пристальным взглядом ровно до тех пор, пока Джаред не сдался.

- Вот, - сказал он, - и что?

Дженсен перевернул ладонь, нежно, едва нажимая, провел ногтем вдоль линии жизни, покружил по бугорку, который Сэнди, его бывшая подруга, называла холмом Юпитера, поднес руку Джареда к своему лицу и тепло подышал на тыльную сторону ладони. А потом засосал в рот сразу два пальца – средний и указательный.

Джареда обдало жаром. А Дженсен, продолжая смотреть ему в глаза, самым бесстыжим образом водил языком от основания до ногтевой пластины, щекоча кончиком тонкую кожу в местах соединения пальцев и облизывая суставы. От влажного тепла, в котором было так мягко и скользко, вида полных губ, растянутых вокруг нижних фаланг, и позабытых ощущений какого-то смутного предвкушения, Джаред покрылся мурашками, тяжело задышал и начал понимать, что вот прямо сейчас ему откажет соображение.

- Дженс, - прохрипел он, пытаясь отнять руку, - по… пожалуйста…

Кровь бросилась ему в лицо, уши заалели, а где-то внизу живота стал закручиваться тугой клубок.

Дженсен выпустил пальцы изо рта, облизнулся, причмокнул, и подмигнул Джареду, снова превращаясь в нагловатого хастлера.

- Все хорошо?

- Ты не надувная кукла, - внезапно выпалил тот. – Никогда не думай о себе так. Ты просто выполняешь свою работу.

- О, как! – удивился Дженсен. – Может теперь ты меня еще и поцелуешь?

- Я … - начал было Джаред и засмеялся.

Он все булькал и булькал, давясь смешинками, потому что хохотать как раньше, во весь рот, ему было больно, а не смеяться он не мог.

- Чертов провокатор, а я же почти повелся, - выдавил он, не скрывая своего восхищения и утирая выступившие в уголках глаз слезы.

- Я предполагал, что ты догадаешься, - фыркнул Дженсен. – Честно говоря, надеялся на это. Целоваться с твоей бородой – не самое большое удовольствие. Слушай, давай я тебя все-таки побрею? Или хотя бы коротко подстригу весь этот ужас? Обещаю не баловаться лезвиями.

Джаред замотал головой. Торнадо по имени Дженсен, конечно, основательно встряхнуло его жизнь, но подставиться под бритву Падалеки был еще не готов.

- Может, просто не будем целоваться?

- О! Ты не представляешь, от чего отказываешься, - самодовольно предупредил Дженсен. – К тому же, я все равно добьюсь своего, это вопрос времени.

- Ты хоть представляешь, как я буду выглядеть без бороды? – совершенно серьезно поинтересовался Джаред. – Я же урод.

- Еще какой! – Дженсен прикусил губу, хмыкнул, глядя на вытягивающееся лицо Джареда, выдержал паузу и весело добавил: - Только моральный урод откажется со мной целоваться под таким глупым предлогом. А без бороды ты будешь выглядеть гораздо симпатичнее. Могу оставить щетинку в пару сантиметров, если ты так волнуешься за свою красоту.

Джаред покачал головой:

- Не сегодня.

- Ладно, - легко согласился Дженсен и снова завладел его рукой, лаская ее с самым невинным видом. – Три пальца – это так здорово! Представь на секунду, как тебе будет удобно меня ими растягивать.

- Бля! – выдохнул Джаред, обалдевая от своего «реабилитатора».

 ***

Утром, еще не открыв глаза, Джаред почувствовал, что случилось что-то хорошее. Даже привычно бессонная ночь в этот раз не была так жестока – он почти выспался. Перевернувшись на спину и потягиваясь, он вспомнил о причине своего на редкость прекрасного настроения и улыбнулся. Ну, конечно же – Дженсен!  

На часах было почти восемь, и Падалеки тихонько поднялся, заправил кровать и стал рыться в комоде. Натягивать привычные растянутые на заднице и коленях трикотажные штаны ему почему-то не хотелось, и он откопал в самом низу, под складом белья, вытертые и обрезанные до колен джинсы. Женевьев терпеть их не могла, заявляя, что в этой пародии на шорты Джаред похож на танцора из стриптиза, но самому Падалеки они очень нравились – мягкие, удобные, облегающие, как вторая кожа. Особенно хорошо с ними смотрелись открытые майки, и Джаред достал из упаковки новую, белоснежную, тщательно отгоняя неуместную мысль, что делает это, потому что ему хочется выглядеть лучше в глазах Дженсена. Что за глупости?

Квартира у Джареда была небольшой: объединенный с гостиной холл, спальня, зал и крохотная по меркам Падалеки кухня. Дженсену пришлось спать на том самом диване, на котором они вчера ели перед телевизором мороженое. Он вначале воспринял это как шутку, с недоверием переводя взгляд с комковатых выпуклых подушек на сконфуженного Джареда, а потом взорвался:

- Прямо здесь? Да ты издеваешься, что ли? Сидеть-то на этой штуке еще можно, но спать? Кто потом оплатит мне курс лечебного массажа для спины?!

- Я завтра же закажу в магазине-на-диване удобный надувной матрас, - виновато пробормотал Джаред.

Дженсен смерил его выразительным взглядом, вполне отражающим его мнение об умственных способностях такого болвана, покусал губы, пытаясь смириться с собственным положением, и решительно высказался:

- Никакого магазина-на-диване и интернет-заказов. Буду страдать, пока не заслужу лучшей участи, - он фыркнул недоумевающему Джареду в лицо и пояснил: - Пока ты не пустишь меня в свою роскошную двуспальную постель.

Джаред смутился. Ему такой вариант и в голову не приходил.

Но сейчас, бесшумно проходя мимо дивана, где из-под одеяла сверху торчала русая макушка со смешным хохолком, а снизу – трогательно-розовая голая пятка, он задумался над тем, что нет ничего невозможного. Раньше он обожал спать с кем-то в обнимку, даже когда это были случайные партнеры. Теплое живое тело под боком действовало на него лучше любого снотворного. Сейчас он не выносил, когда к нему прикасались, но на Дженсена, кажется, это правило больше не распространялось.

В ванной комнате прямо на полу валялся влажный ком одежды и использованное полотенце. Принимая душ перед сном, Дженсен не удосужился прибрать за собой, и Джаред, после нудных больничных лекций о микробах-убийцах  ставший маньяком чистоплотности, чуть поморщился. Засовывая вещи в стиральную машину, он зачем-то понюхал толстовку Дженсена – та едва уловимо пахла миндалем, озоном и дождем. Приятное сочетание.  

Вспоминая насмешливые зеленые глаза и жадный рот, всасывающий его пальцы, Джаред залез под мощные струи горячей воды, вымыл голову с фруктовым шампунем, основательно натер тело мочалкой, а потом, сделав воду чуть прохладней, попытался подрочить. Вялый член пару раз дрогнул, внушая ложные надежды, но так и не окреп, и Джаред долго терзал его, пытаясь резкими движениями кулака доставить себе хоть какое-то удовольствие. Не вышло. Джаред вспомнил скорбное лицо Женевьев, когда она трагическим голосом рассказывала ему о последствиях травм, и громко выругался. Похоже, его проблема не имела решения.

Когда, расстроенный и угрюмый, Джаред вышел из ванной, Дженсен все так же спал на неудобном диване, накрывшись с головой. Наверное, следовало сварить кофе или поджарить тосты, чтобы позавтракать, но у Джареда не было аппетита, и пока Дженсен не проснулся, не имело смысла заниматься немудреной готовкой.

Чуть поколебавшись, Джаред прошел в зал. Он начинал с зарядки каждое утро, и появления незваного гостя не давало повода менять распорядок дня. Воткнув в уши наушники и включив ритмичную музыку, он приступил к разминке, плавно перешел к упражнением на растяжение и закончил все силовым комплексом на руки, вспотев так, что впору было снова принимать душ. Сегодня Джаред занимался почти вдвое дольше, чем обычно, и натруженные мышцы слегка ныли, зато в голове, вытеснив все неприятные мысли, образовалась звенящая пустота.

Он позабыл даже о Дженсене, а потому ужасно удивился, выйдя в холл и обнаружив, что по квартире разносятся совершенно фантастические запахи. Желудок тут же требовательно заурчал, а ноги сами понесли Джареда на кухню.

Дженсен в одних трусах и расстегнутой на груди рубашке сидел на высоком табурете, пил кофе и сердито щурился.

- Привет! – радостно сказал ему Джаред и вопросительно посмотрел на плиту. – Что на завтрак?

Вместо ответа Дженсен громко фыркнул и смерил Джареда далеким от любезности взглядом.

- Ты же оставил мне этой вкусно пахнущей штуки, чем бы она не была? – сделал вторую попытку Джаред, смутно припоминая какие-то предупреждения Джеффа про утреннюю хандру и количество чашек кофе.

- Я, кажется, понятно вчера объяснил, что не собираюсь готовить, - очень злым голосом прошипел Дженсен, слезая с табурета и начиная наступать на Джареда. – Так какого черта мне приходится снова вставать за плиту? Ты что, не мог заказать пиццу, сходить за круассанами в булочную или сделать пару бутербродов? Ты даже кофе не сварил! – последнее из обвинений в устах похожего на фурию парня прозвучало особенно устрашающе.

- Я…эммм… я же не знал, когда ты проснешься…

Робкая попытка оправдаться провалилась на корню. Дженсен был подобен несущемуся на всех парах локомотиву. Очень злому и неуправляемому. У него даже веснушки на лице полыхали от ярости, когда он зажал Палалеки между дверью и стеной.

- Я все понял! – торопливо воскликнул Джаред, начиная всерьез опасаться буйного темперамента хастлера. – Готов искупить. Отныне все завтраки на мне. И сегодня на ужин тоже что-нибудь закажу. Я даже схожу с тобой пообедать.

Дженсен отступил на шаг, прогнулся в пояснице и с болезненной гримасой повел плечами. Джаред запоздало вспомнил, что ему пришлось спать на диване, и со вздохом добавил:

- Если хочешь, мы можем поменяться на ночь местами, и на кровати ляжешь ты. Мне следовало сразу это предложить. Я все равно почти не сплю.

Вместо ответа Дженсен кинул на Джареда убийственный взгляд, прошипел что-то сквозь зубы, отошел к плите и принялся вываливать на огромные тарелки восхитительный, пышный, с поджаренной корочкой омлет.

Джаред обомлел и принялся мысленно возносить молитву небесам, уговаривая всех святых сделать так, чтобы чудесное видение не оказалось миражом.

- Что застыл, как истукан? Вилки доставай! – рявкнул Дженсен. – У меня болит все, что только можно, после вчерашнего дождя хлюпает в носу, и я безумно хочу кофе! Да, и если ты сегодня же не сбреешь свою ужасную бороду, я за себя не ручаюсь! – он плюхнул тарелки на стол и с подозрением поинтересовался: - у тебя же нет никакой пищевой аллергии? Я добавил в омлет тертый сыр и шампиньоны.

Джаред одарил Дженсена влюбленным взглядом и блаженно вздохнул.

 ***

За свои слова пришлось отвечать.

После завтрака Дженсен как-то двусмысленно усмехнулся и предложил:

- Пока ты бреешься, я могу помыть посуду.

- Что? – вздрогнул Джаред.

- Ты обещал, - с издевательской улыбочкой напомнил новоявленный диктатор. – И побриться, и совместный обед вне дома, а еще у нас вечером в планах поход в кино.

Джаред испуганно сглотнул и попытался спрятаться за челкой.

- Если не хочешь бриться сам, за руку отведу в парикмахерскую. А потом буду стоять рядом и контролировать, чтобы не сбежал. Тебе станет очень, очень стыдно!

- За какие такие грехи ты мне послан?! – трагически воззвал к потолку Джаред.

На верхнем этаже тут же завыла собака, и Дженсен захихикал.

Это прозвучало так странно и неуместно, что Джаред уставился на него во все глаза. Оказывается, этот ехидный, язвительный, порой откровенно устрашающий тиран, нахал и авантюрист порой хихикал совсем как девчонка. Открытие ошеломляло. Дженсен сразу стал казаться и вполовину не таким подавляющим, как раньше.

- Ладно, - зловеще пригрозил Джаред, - я побреюсь. Но всю ответственность за результат ты берешь на себя!

- Приятель, я уже согласился с тобой пообедать! – напомнил Дженсен. – Если ты полагаешь, что ослепленный твоей неземной красотой я закомплексую и отменю свидание, то не обнадеживайся. Как бы хорош ты ни был, моего совершенства тебе не достичь!

- В школе тебя не выбирали королевой бала? Нет? – съязвил Джаред. – Понтов не меньше.

- В школе меня собирались выбрать капитаном команды чирлидерш, - гордо и без малейшей иронии заявил Дженсен. – Пришлось отказаться по семейным обстоятельствам, но это была большая потеря!

- Каким таким обстоятельствам?! – тут же полюбопытствовал Падалеки.

- Не имел права составлять конкуренцию родной сестре. Она бы меня не простила.

Джаред застыл. Он впервые услышал что-то о личной жизни самого Дженсена, и это было… ну… странно. Словно смотришь спектакль, и вдруг главное действующее лицо приоткрывает портьеру за кулисы.

- Твоя семья одобряет то, чем ты занимаешься? – вопрос сорвался с языка раньше, чем Джаред успел его обдумать.

- Не думаю, что это подходящая тема для разговора, - суховато бросил Дженсен. – Доедай свой завтрак, Джей, и отправляйся сбривать растительность.

Джаред чуть нахмурился в ответ на сокращение своего имени, но посмотрел на остатки омлета на тарелке и решил сделать вид, что не расслышал. Хотя врачи и уверяли, что после таких серьезных травм головы, как у него, перепады настроения и вспышки гнева – вполне нормальное явление, ему до сих пор было стыдно за свою вчерашнюю истерику.

Пытаясь чувством вины победить нежелание идти на компромисс, Джаред поплелся в ванную.

Бриться он не хотел. Долго разглядывал себя в зеркале, все больше мрачнея, потом немного подстриг бороду, потом сделал ее еще короче, и, наконец, оставил небольшую щетину. Если бы не рубцы и шрамы – выглядело бы импозантно. Вот только неприлично отросшие и топорщащиеся волосы на фоне аккуратной бороды стали выглядеть совершенно неуместно. Джаред причесывал их и так, и этак, но челка отросла до самого носа, и оставалось два выхода – либо обкромсать концы ножницами, окончательно испортив прическу, либо убрать волосы под ободок, выставляя на всеобщее обозрение обезображенную физиономию. Еще вчера он бы на такое ни за что не решился, но сегодня в нем взыграло скрытое злорадство.

Дженсен собирался изображать нежного бойфренда? Делал вид, что его не волнует внешность Джареда? Вот пусть и покажет, насколько это является правдой!

Падалеки состроил в зеркало гримасу киношного злодея и сам себе удовлетворенно кивнул. Получилось очень правдоподобно – хоть в ужастиках снимайся!

Наглый специалист из центра, определенно, будил в нем самые темные желания. Вот именно сейчас ему захотелось смутить Дженсена, например, горячим публичным поцелуем. И посмотреть на реакцию – пусть проявит свое истинное отношение! Смутится, скривится от отвращения, отвернется, делая вид, что они не вместе? Джаред решительно зачесал волосы назад, закрепил обручем, сполоснулся под душем и, натянув на еще влажное тело  те самые обрезанные джинсы с майкой, гордо расправив плечи, вышел в холл.

Дженсен поднял голову от очередного журнала и замер с отвисшей челюстью.

- Что? – осекся Джаред, ожидающий совершенно другой реакции.

Дженсен плавно поднялся с кресла, не разрывая зрительного контакта, подошел вплотную и провел теплой, сильной ладонью от груди к животу и ниже, к самому паху.

- Ух ты!

- Что? – совсем уже беззащитно и растеряно захлопал глазами Джаред.

Дженсен удовлетворенно вздохнул, немного вытянулся, чтобы не мешала разница в росте, и, прихватив Джареда за затылок, прижался кубами к его губам – согревая дыханием, мягко лаская, чуть пощипывая, но не стремясь углубить поцелуй. А Джаред стоял, как истукан, и не знал что делать.

- Руки мне на задницу положи, - почти неразборчиво пробормотал Дженсен куда-то в уголок его губ, продолжая свое восхитительное занятие.

Джаред тут же послушался, да еще и помял немного ладонями упругие крепкие ягодицы.

Хотелось притиснуть Дженсена поближе и скользнуть пальцами ему за пояс, чтобы огладить гладкую атласную кожу, но Джаред не решился, а Дженсен больше никаких инструкций не давал.

Они постояли так совсем немного, а потом Дженсен отстранился и с довольным видом посмотрел на Джареда. Глаза у него блестели, а пухлые влажные губы улыбались так, что захотелось их снова поцеловать.

- На всякий случай предупреждаю: я очень непосредственный. Могу начать приставать на улице, - понижая голос, пригрозил он.

Джаред кашлянул, попытался что-то сказать, но выдавил из себя только неразборчивое мычание. Не признаваться же во всеуслышание, что о таком он мог только мечтать?

- Сегодня же запишу тебя к хорошему логопеду, - сделав собственные выводы, пообещал его мучитель. – Попрошу, чтобы назначил побольше упражнений с участием языка. Будем тренироваться вместе.

Радостную улыбку, как ни старался, Джаред скрыть не смог. Тем более, что без своих мятных жвачек Дженсен на вкус был – как крепкий кофе с легким вкусом миндаля. Потрясающее сочетание.

 ***

Из небольшого бистро, которое выбрал Дженсен, открывался чудесный вид на площадь с фонтаном. Судя по тому, как уверенно парень провел Джареда за столик и как быстро сделал заказ, не заглядывая в меню, он бывал здесь уже не раз.

Джаред сел спиной к остальным посетителям и лицом к большому витринному окну и принялся нервно крутить в руках зубочистку. Сказать, что ему было неуютно, означало сильно преуменьшить ситуацию. Ему было ужасно, просто невыносимо неловко. Не считая вчерашней вылазки в парк под защитой капюшона, это был его первый выход в свет, и Дженсен, кажется, сделал все, чтобы смутить Джареда еще больше.

Его чуть вьющиеся волосы он каким-то образом сумел собрать в хвост, туго стянув резинкой на затылке, куртку с капюшоном забраковал наотрез, вместо нее натянув на Джареда кожаную байкерскую косуху, ну и штаны заставил выбрать самые узкие, сочетающиеся с курткой и подчеркивающие длину ног Джареда.

- С таким прикидом мне следует быть смазливым красавчиком, - ворчливо прошипел Падалеки, пока Дженсен брызгал на него одеколоном.

- Ты и так почти супермен, оставь хоть немного самоуважения тем, кому меньше повезло с внешностью, - парировал тот.

До бистро они доехали на машине, и только там Джаред оценил весь ужас ситуации.

Он – в ресторане быстрого питания. Почти в центре города. Полностью беззащитный перед злыми взглядами. Это почти то же самое как выйти голым на городской пляж.

 Руки затряслись, и Джаред зажал их между коленями.

- Посмотри на меня! – приказал Дженсен непререкаемым тоном.

Кусая губы и дергаясь, отчего рот еще больше кривился на сторону, Джаред поднял глаза.

- Ничего не бойся, - сказал Дженсен и пообещал: - Я с тобой.

Он мягко улыбнулся и положил на стол руку ладонью вверх. Джаред помешкал, но все же накрыл ее своей.

- Боже мой, кого я вижу?! – пропел у Джареда за спиной насмешливый женский голос. – Дженсен Эклз! Глазам не верю, неужели ты выбрался из своей психушки?

Дженсен на глазах помрачнел, но взял себя в руки и улыбнулся. Это была не та теплая или дразнящая улыбка, которая предназначалась Джареду - скорее вообще не улыбка, а просто ничего не выражающее любезное растягивание губ. Уж Падалеки-то был неплохим физиономистом и умел разбираться в человеческих эмоциях!

- Привет, Данниль. Какой сюрприз, – холодно произнес Дженсен и без всякого интереса отвернулся в сторону.

Не дождавшись ожидаемого внимания, незнакомка обошла стол и без приглашения присела на свободное место, с любопытством уставившись на Джареда.

- Твой новый проект? – спросила она, снисходительно усмехнувшись и подперев голову рукой с идеальным кроваво-красным маникюром.

- Нет, - спокойно ответил Дженсен и чуть сжал пальцы Джареда. – Это младший брат Джеффа, мой близкий друг. Джаред Падалеки, Данниль Харрис, - представил он.

Ярко накрашенные губы девушки удивленно округлились. Джаред мог и ошибаться, но она, кажется, порядком подрастеряла свое нахальство. Словно не ожидала такого поворота событий и теперь пыталась просчитать, как восстановить свои позиции.

У Падалеки тут же сложилось впечатление, что сейчас за столиком проходит какая-то игра, правил которой Джаред не знает, но принимает в ней участие наравне с остальными игроками.

- Данниль - моя бывшая жена, - специально для Джареда пояснил Дженсен.

- Не знала, что ты до сих пор общаешься с семейством Падалеки, - с каким-то скрытым подтекстом, ядовито протянула девушка.

Джнсен предостерегающе вскинул бровь, но Джаред, порядком поднаторевший на эпизодических съемках, интуитивно почувствовал, что пришло время его реплики, и наобум брякнул:

- Только с некоторыми ее представителями.

Дженсен подавил смешок, а у девушки комично вытянулось лицо.

Судя по всему, она надеялась задеть Дженсена, открыто намекая на «деловые отношения» с клиентом, но своей удачной фразой Джаред сбил с нее спесь.

- Джей - каскадер, редко может вырваться со съемок, поэтому именно мне приходится подстраиваться под его расписание, - продолжил их игру, делая свой ход, Дженсен.

- Так вот почему у вас шрамы! - бесцеремонно воскликнула Данниль, уставившись на Джареда в упор. – Травмы на съемках?

- Каскадерам не нужны идеальные пропорции, дорогая, он не внешностью зарабатывает себе на жизнь, а другими талантами, - отвлек на себя внимание Дженсен. – Это для тебя любая морщинка превращается в трагедию.

Девушка неприятно улыбнулась:

- Для тебя женская красота никогда не была достаточным поводом для влюбленности. Не помню, чтобы ради меня ты когда-то менял свои планы или подстраивался под мое расписание!

- Ну, ты же не Джаред, - философски заметил Дженсен.

Очень кстати к столику подошла официантка с подносом и, начиная выставлять на столик салат и мясные закуски, поинтересовалась: будет ли что-то заказывать девушка?

- Не будет, - твердо ответил Дженсен. – Она уже уходит.

- Перекушу в другом месте, - мгновенно согласилась Данниль и тяжелым взглядом посмотрела на Паделеки. Оценила его фигуру, одежду и прическу, и натянуто улыбнулась: - Удачи. Чтобы удержать его, она тебе понадобится.

Насколько напряженным был все это время Дженсен, Джаред понял только после того, как Данниль покинула бистро. Он выдохнул сквозь зубы, снова сжал руку Джареда, и покачал головой:

- Не могу передать, как я тобой горжусь!

- Ты действительно был женат на этой стерве? – смущенный похвалой, попытался перевести тему Падалеки.

- Да. Мы когда-то по-настоящему дружили. Если Данниль хочет, она умеет быть и милой, и преданной, но если вдруг кто-то ей не угодил…

- И чем же ты ей не угодил?!

Дженсен дернул уголками губ и взялся за вилку:

- Тем, что так и не смог ее по-настоящему полюбить?

Джаред понаблюдал пару секунд за тем, как Дженсен жует салатные листья, и тихо спросил:

- Зачем тогда женился?

Вопрос, похоже, оказался из разряда неприятных. От горечи в зеленых глазах стало почти больно. Джаред уже и не думал получить ответ, когда Дженсен разомкнул губы:

- Мы учились вместе, и в трудную минуту Дани оказалась рядом. У меня были серьезные отношения кое с кем, а когда его семья не одобрила такой странный выбор, он не захотел идти против них и бросил меня. Очень некрасиво бросил.

- Он? – переспросил Джаред.

Дженсен кивнул.

- Я не в обиде, уже нет. Но тогда было очень больно. Я едва не похерил свою жизнь, и Данниль оказалась единственной, кто меня поддержал. Мы поженились очень быстро. А через полтора года разошлись, потому что друзья и семья – это все-таки разные вещи. В итоге, я потерял в ее лице и жену, и друга.  

- И тогда попал в психушку? Или раньше?

Дженсен уставился на него с явным непониманием.

-Данниль спросила тебя, как ты выбрался из психушки, - напомнил Джаред. – Не бойся, я никому не расскажу. Думаю, на твоей новой работе не обрадуются, узнав такой факт биографии.

Дженсен совершенно искренне рассмеялся:

- То есть, ты готов меня покрывать? И тебя не пугает, что я  могу оказаться неадекватной личностью с разными психологическими отклонениями?

- Я сам не вполне адекватная личность, так что мы с тобой подходящая парочка, - совершенно искренне заявил Джаред, принимаясь за еду.

Удивительно, но небольшое столкновение с бывшей женой купленного на время парня вселило в него какую-то иррациональную уверенность. Он даже перестал чувствовать неловкость, обедая в людном месте, и тихонько улыбался, когда невзначай касался под столом своим коленом ноги Дженсена.

 ***

Собираясь в кино, они почти поссорились. Сначала Дженсен заявил, что ему без разницы, на какой сеанс идти, и пусть Джаред сам выберет фильм, а потом в пух и прах раскритиковал его выбор.

- «Акулы-мутанты из космоса»? Ты шутишь? Удивляюсь, как ты не выбрал «Нашествие помидоров-убийц»! Боже мой, Джаред, ну какой ты еще ребенок! Ты и девушек водил смотреть такое дерьмо? Неудивительно, что все они сбежали!

- Ты не девушка, а я не хотел бы попасть на просмотр серьезной ленты, - попытался объяснить Джаред. - Все, связанное с киноиндустрией, для меня в прошлом. Когда выпадаешь из обоймы, знаешь ли, неприятно, смотреть, как кто-то исполняет трюки и думать, что это мог бы быть я.

- Чушь собачья! – отверг все его доводы Дженсен. – Даже Данниль согласилась, что идеальные пропорции лица для каскадера – не главное. Ты в отличной форме и непременно вернешься к любимому делу в самое ближайшее время. Обещаю. Так что мы идем на романтическую комедию!

- Какой ты вредный, - вздохнул Джаред.

- И выбери места для влюбленных, - добил его Дженсен.

Джаред покачал головой, но спорить не стал. Он в любом случае собирался брать билеты в последний ряд. 

Фильм был из числа «однодневок». Легкий, приятный и совершенно незапоминающийся. Посмотрев такой, забываешь о нем на следующий же день, а потом, увидев мельком отрывок, долго морщишь лоб, припоминая, что что-то подобное где-то уже видел.

Как следствие, аншлага не наблюдалось. 

Пока Дженсен тихо и сердито разговаривал с кем-то по телефону, Джаред с максимальным удобством разместился в кресле, устроил в держателях большой стакан колы и попкорн, потянулся и огляделся по сторонам. В последнем ряду кроме них обнаружилась всего одна парочка: явно влюбленные парень и девушка были заняты исключительно друг другом. Зато стайка школьниц предвыпускного возраста, сидящих чуть впереди, решила осчастливить их с Дженсеном своим вниманием. Некоторые косились в его сторону и перешептывались.

Джаред поморщился и отвернулся.  

- Эй! Все в порядке? – тут же обратился к нему Дженсен, выключая мобильник. – Мы пришли развлекаться, у тебя должно быть соответствующее настроение.

- Кино можно было и дома посмотреть, - беззлобно буркнул Джаред и непроизвольно кинул взгляд на любопытствующих девиц.

Те пялились совсем уж откровенно. На юных мордашках читалась убойная, но такая объяснимая смесь брезгливости, испуга и любопытства, что это выдавало их мысли с головой. Точь-в-точь посетители зоопарка у клетки с диковинным зверьком.

Дженсен хищно улыбнулся в ту сторону, а потом громко и вызывающе спросил:

- Какие-то проблемы, леди?!

Девчонки тут же стушевались, отворачиваясь и пряча глаза.

- Зачем ты так? Это же почти дети, - неожиданно сам для себя укорил своего защитника Джаред и тут же прикусил язык.

Влияние Дженсена на его жизнь и поведение росло на глазах. Вместо того чтобы разозлиться на молодых бесцеремонных нахалок, психануть или наорать на них, – о такой вероятности его предупреждала больничный психолог, да и сам он до сих пор реагировал на чужие взгляды неоднозначно, - Джаред попытался оправдать глупых дурех.

Огромный шаг вперед. Еще немного – и он вообще перестанет реагировать на реакцию посторонних людей в свой адрес.

- Эти дети пришли сюда смотреть на экран, а не на тебя, - серьезно сказал Дженсен и притянул Джареда к себе для поцелуя. Без всякого стеснения и боязни, что это кто-то увидит. Разбивая вдребезги очередной его страх.

Джаред приоткрыл губы и позволил горячему юркому языку властно исследовать свой рот, пройтись по кромке зубов, а под конец мазнуть по верхней губе.

- Ты всегда так пассивно целуешься? – отстраняясь буквально на пару дюймов, тихо уточнил Дженсен.

- Я после травм еще ни с кем не целовался, - хрипловатым шепотом признался Джаред. – Ты первый. И я не уверен, что у меня хорошо получится. Мне приходится прилагать усилия, чтобы раздельно произносить слова.

- Вопрос опыта и тренировок, - улыбнулся Дженсен. – Попробуем еще раз?

В этот момент погас свет, и на экране появились первые кадры.

Джаред глубоко вдохнул, подался вперед и перехватил инициативу. Губы Дженсена были мягкие и податливые. Где-то на грани восприятия сквозь привычную мяту пробивался едва уловимый миндальный вкус. Не разрывая поцелуя, Джаред несмело провел ладонью по коротким волосам на затылке, такой нехитрой лаской выражая свою признательность, и коротко простонал горлом.

Ему было легко и хорошо, как никогда не было с Женевьев. Словно он вернулся на много лет назад, едва окончил школу и только начинал встречаться с Сэнди. И не было долгих лет, полных поисков, любовных разочарований, случайных интрижек и сомнений в своем выборе. Не надо было доказывать, что он достоин, ломать себя, менять привычки и все равно наталкиваться на неблагосклонный, полный превосходства взгляд.

Остался только Дженсен – который принимал его самим собой, крушил вдребезги его комплексы, заставлял чувствовать себя настоящим, сильным, полноценным. Не пытался изменить его, а наоборот, вытаскивал то, что было настоящим Джаредом из-под груды обломков, оставшихся после других отношений.

Героиня фильма терзалась от неразделенной любви к негодяю, не обращая внимания на влюбленного в нее лучшего друга. Глупость несусветная – как можно не видеть очевидное?

Фоном играла легкая романтическая музыка.

Джаред забил на попкорн и кино и полностью отдался поцелуям – то коротким и нежным, как касание крыльев бабочки, то глубоким и страстным, от которых перехватывало дыхание. Ему казалось, что это – предел мечтаний такого прекрасного вечера, но тут Дженсен сполз ниже и совершенно естественным жестом положил его ладонь на свою ширинку.

Джаред отпустил его губы и распахнул глаза:

- Что…Блядь, что ты делаешь?

- Я не рискую залезть к тебе в штаны, - хмыкнул Дженсен. - Без твоего одобрения это было бы немного бесцеремонно. Но разрешаю тебе делать все, что захочешь.

- Все, что захочу? – как зачарованный повторил Джаред.

- Именно, - Дженсен чуть подкинул бедра вверх, и Джаред ощутил рукой вполне определенную твердость.

Лицо тут же вспыхнуло от смеси смущения и возбуждения – хорошо, что этого не было заметно в темноте. Он был точно уверен, что Дженсен не пил никаких возбуждающих препаратов типа виагры, но… Неужели у Дженсена встало на него, на Джареда? Вот такого, каким он стал, с перекошенным лицом, покалеченной рукой и нездоровой психикой?!

- Дженс…

- Просто сделай что-нибудь, - попросил Дженсен, облизывая зацелованные губы.

Его голос стал ниже, заиграл незнакомыми раньше оттенками, завибрировал, растекаясь жидким медом. Зрачки расширились настолько, что заняли почти всю радужку.

Джаред не смог противостоять столь искушающему зрелищу.

Он расстегнул ширинку на тертых джинсах и нырнул трехпалой ладонью внутрь, поддевая резинку низко сидящих трусов. Горячий, пульсирующий член тут же ткнулся головкой в центр ладони, мазнув каплей смазки, а Дженсен прикрыл глаза, откидывая голову на спинку кресла.

Зрелище было феерическое. Джаред подумал, что в жизни не видел мужчины красивее, и тут же почувствовал собственное возбуждение, мурашками бегущее по ногам и отдающееся в паху. Черт! Неужели?

Не позволяя себе отвлечься, он заключил крепкий ствол Дженсена в кольцо из большого и указательного пальца и повел вверх-вниз, оттягивая крайнюю плоть. Очень хотелось наклониться, лизнуть следующую соленую капельку, выступившую сверху, размазать ее языком по окружности, обхватить губами темно-розовую головку члена, подразнить кончиком языка тонкую уздечку. Джаред не решился. Он продолжал скользить кольцом из пальцев к основанию и обратно и смотреть на Дженсена. На то, как дрожат его ресницы, как между приоткрытых губ мелькает иногда язык, облизывая их по кромке, как раздуваются на вдохе крылья носа, когда Дженсен сглатывает от остроты ощущений.

- Ниже.. пожалуйста, - снова поддав бедрами и на миг приоткрыв затуманенные похотью глаза, попросил он.

Джаред сглотнул, выпустил член, тут же тяжело шлепнувший по животу, и немного сжал Дженсену яички, покачав их в руке.

- Еще! – выдохнул Дженсен. – Глубже!

До Джареда неожиданно дошло, что именно он хочет, и это понимание выбило из легких воздух. Его собственный член напрягся так, что до боли упирался в плотные трусы, поднимая ткань палаткой. Почти ничего не соображая, действуя буквально на инстинктах, Джаред быстро смочил два пальца слюной и снова запустил руку Дженсену в джинсы. Тот послушно приподнял бедра, и Джаред, коснувшись тугого, неразработанного входа, тут же бесславно кончил прямо в штаны, так не разу не прикоснувшись к себе.

 ***

Они возвращались домой в сгустившихся сумерках, когда на город опустилась ночная прохлада, улицы почти опустели, а воздух, очистившись от выхлопных газов, стал чистым и прозрачным.

Дженсен вел себя как ни в чем не бывало, будто в темном зале кинотеатра между ними ничего особенного не произошло, а Джаред, поглядывая на него, никак не мог начать так необходимый ему разговор первым. С его точки зрения – случилось чудо, которое он непременно должен был обсудить.

- Холодно сегодня, - пожаловался Дженсен, и Джаред, даже не задумываясь, тут же потянул с плеч куртку, пытаясь набросить ее на Дженсена.

Тот зашипел, как рассерженный кот.

- Сдурел? Я тебе что, томная девица?

- Тебе холодно, и после вчерашнего дождя у тебя насморк, сам говорил.

- Значит, нальешь мне виски. Когда вернемся. В терапевтических целях, - огрызнулся Дженсен.

- Я бы и сам выпил. Для храбрости, - признался Джаред.

Дженсен засунул руки поглубже в карманы и, вот стервец такой, раскатисто расхохотался.

- Что, решил попытаться пойти в наступление? Я не против!

- Мы знакомы два дня, - медленно проговорил Джаред, а у меня такое ощущение, будто я знаю тебя всю свою жизнь, и одновременно с этим – совсем не знаю. Кто ты такой? Чем ты живешь? Чего ждешь от будущего? Я не верю, что тебе нравится зарабатывать на жизнь, раскручивая на секс закомплексованных придурков с проблемами.

Дженсен пожал плечами:

- Вообще-то ты прав. Это не совсем мой профиль, обычно я таким не занимаюсь. Просто у тебя особый случай, и меня очень просил об этом Джефф.

- Откуда ты знаешь Джеффа? – вообще-то этот вопрос следовало задать уже давно.

- Учились вместе, - просто ответил Дженсен.

Джаред поразился:

- Ты учился на врача?

- Да, только у меня другая специализация. Слушай, - он неожиданно остановился, - давай не будет развивать дальше эту тему, ладно? Это того не стоит.

- Хорошо, - согласился Джаред. – Просто мне странно, что человек, когда-то получающий медицинское образование, работает… почти что проституткой.

Дженсен запнулся о какой-то камешек и едва не полетел носом об асфальт. Если бы не быстрая реакция Джареда, который практически подхватил его на лету, то он наверняка разбил бы себе лицо.

- Дженс?

Очень злые прищуренные глаза несколько раз моргнули, а сжатые в тонкую полоску губы не без усилия разжались.

- Проституткой?

- Ну, - тут же постарался загладить свой промах Джаред, - я не знаю, как там у вас это называется, но ты же, фактически, продаешь себя, свое тело…

- Когда ты вместо кого-то прыгал с высоты или мчался с обрыва в горящей машине, то тоже продавал свое тело. Значит, ты тоже проститутка?

- Слушай, ну прости…

Дженсен сбросил с себя его руки:

- Пойдем домой.

До самой квартиры они не произнесли больше ни слова.

Джаред мог понять обиду Дженсена, но не чувствовал себя виноватым, – он сказал чистую правду. К тому же, Дженсен сам признал, что Джаред – его «особый случай», а значит, в другое время он обслуживает самых обычных клиентов. Надо будет спросить, какие еще услуги предоставляет центр, кроме секс-реабилитации. Возможно, эскорт или что-то похожее?

Дженсен замкнулся в себе и молчал. О чем он думает при этом, было совершенно неясно. Бесстрастное лицо напоминало маску. В квартире, все так же молча, он повесил на вешалку куртку, скинул кроссовки и ушел в ванную.

Джаред хотел обсудить с ним все произошедшее – и то, что было в кинотеатре, и их какой-то неправильный, дурацкий, совершенно глупый разговор, но вода все лилась и лилась, а Дженсен все не выходил. И он присел, ненадолго, буквально на минутку, на диван, да так и заснул там, уронив голову на неудобный твердый валик.

Проснулся Джаред за полночь, как обычно от боли, раздирающей ногу, пульсирующей в висках, покалывающей несуществующие пальцы. Ныли даже некогда треснувшие, но уже зажившие ребра и очень болела вся левая сторона лица. Он закряхтел, наклоняясь и растирая лодыжку, с некоторым трудом поднялся на ноги, захромал к кухне, чтобы выпить очередную таблетку обезболивающего, да так и замер, не сделав и двух шагов.

Дженсен не ушел в спальню. Открыв нараспашку окно, он сидел на подоконнике и курил, сильно затягиваясь и держа сигарету непривычно манерно – между средним и безымянным пальцем.

- Дженс, - неуверенно позвал Джаред.

Тот повернул к нему ничего не выражающее лицо, выкинул окурок прямо на улицу и требовательно позвал:

- Иди сюда.  

Джаред охотно подошел.

Пальцы Дженсена, которыми тот медленно, словно любуясь, огладил его изувеченную щеку, подбородок и нижнюю губу, пахли табаком и миндалем. Из-за выступившей щетины лицо казалось мужественнее и грубее, но от этого стало еще более красивым.

- Вы готовы продолжить сеанс терапии, пациент? – низким, сексуальным голосом спросил Дженсен, и Джареда накрыло.

Под кожей разлилась вязкая бурлящая похоть, потекла по венам неутоленным желанием, сдавила грудную клетку так, что и не выдохнуть, упала наливающейся тяжестью в пах.

И одновременно на Джареда напало непонятное онемение. Он не знал, куда деть свои большие руки, неуклюже переступал с ноги на ногу, боялся и дрожал, предчувствуя то, что должно случиться.

- Не бойся, – шепнул в пылающее ухо Дженсен. – Я помогу.

 ***

Они добирались до кровати, не отрываясь друг от друга, наступая друг другу на ноги, боком, пятясь, ударяясь о стены и углы, и непрестанно целуясь. Острое желание и в то же время страх, что ничего не выйдет, настолько поглотили Джареда, затмевая все остальное, что он забыл даже о боли. Она рассосалась, растворилась, ушла в небытие, подавленная ураганом возбуждения и страсти.

Дженсена хотелось всего – пробовать на вкус, мять, тискать, гладить, целовать. Облизывать коричневатые ореолы сосков, прихватывая зубами возбужденные горошинки, прикусывать смуглую, медово-миндальную кожу, покрытую солнечными крапинками веснушек, зализывать свои же отметины, и снова – до красноты, до фиолетового оттенка клеймить жадными поцелуями-засосами. И плевать, с кем и когда он был еще, сейчас он принадлежал только Джареду. Сильный, гибкий, невозможно прекрасный во всем – от изящных ступней и светлой поросли на ногах до кончиков коротких русых волос с чуть заметной рыжинкой, уложенных симпатичным ежиком на голове.

Скорость, с которой они оба скинули одежду, заслуживала называться олимпийской.   

- Хочу тебя, - только и выдохнул Джаред, заваливая Дженсена спиной на диван и робея, как мальчишка на первом свидании.

- Три пальца, помнишь? – с шальным блеском в глазах спросил Дженсен и, вывернувшись, принялся оглядываться по сторонам. – Где смазка?

- Наверное, где-то в комоде, - растерялся Джаред. – Или под зеркалом. У меня давно никого не было.

- Тогда просто по слюне, - предложил Дженсен и потянулся за рукой Джареда. – А ты пока подрочи мне. Только не нежничай, я люблю пожестче.

Он принялся облизывать пальцы Джареда, в этот раз гораздо более деловито, обильно смачивая их слюной, порой цепляя зубами и не отвлекаясь на дополнительные ласки, и от этой сосредоточенности и целеустремленности у Джареда встало еще крепче.

Тяжело дыша и досадуя, что у него нет лишней руки, чтобы заняться еще и собственным, истекающим смазкой, членом, Падалеки широко провел языком по ладони и принялся дрочить Дженсену быстро и резко, проворачивая кисть и цепляя подушечкой большого пальца за уздечку.  И почти сразу же Дженсен, выпуская пальцы Джареда изо рта, низко и призывно застонал, расставляя ноги и давая допуск к самым потаенным местечкам своего тела.

Джаред еще раз двинул ладонью вверх-вниз и застыл, теряясь.

- Не останавливайся, - тут же подал голос Дженсен, двумя руками раскрывая ягодицы и обнажая тугое, плотно сжатое кольцо. – Растяни, только осторожно. Я чистый, так что можно и языком.

Джареда подкинуло, как будто он только и ждал этой команды. Продолжая одной рукой ласкать упругий, крепкий член Дженсена, он встал на четвереньки у него между ног, наклонился, опуская голову, и с жадность припал губами к темнеющему на фоне светлой кожи отверстию, ввинчивая туда язык.

Дженсен где-то сверху приглушенно ахнул, его член дернулся, наливаясь еще сильней, и Джареду безумно захотелось увидеть в этот момент лицо любовника. Он бросил быстрый взгляд наверх, но Дженсен уже откинул голову, демонстрируя идеальную линию скул и сильную напряженную шею, и Джаред решил, что у него еще будет возможность разглядеть своего партнера во всех ракурсах.

Из его положения тоже открывался потрясающий вид: сильные бедра, поджавшиеся, аккуратные яички, разделенные ровным швом, рыжеватые, ложащиеся короткими мягкими завитками волосы в паху и чуть приоткрытая от смелой ласки дырочка.  

Осторожно введя указательный палец внутрь, Джаред принялся водить им по кругу, поглаживая влажные, поддающиеся края. Дженсен тут же дернул бедрами, расставляя ноги еще сильней и пытаясь насадиться глубже. Предвкушая, как втиснется в этот тугой, упругий жар, Джаред длинно выдохнул, пару раз лизнул поджавшиеся яички и снова вернулся к приоткрытому анусу, всовывая язык еще глубже, дотягиваясь как можно дальше, раскрывая, смачивая, подготавливая со всей возможной заботой. Когда он добавил второй палец, растягивая туго поддающиеся мышцы ножницами, от смелых мыслей его уже колотило крупной дрожью.

- Бля! Сильнее, - всхлипнул Дженсен. – Глубже…Ах! Так!

Джаред послушался.

Теперь в Дженсена входило уже три пальца, и оторваться от этого зрелища было практически невозможно.

- Теперь… войди…сам… - срывающимся голосом скомандовал Дженсен. – Сразу, без остановок.

Джаред вздернул голову, зарычал сквозь стиснутые зубы от нетерпения, и принялся торопливо пристраиваться. В переломанную ногу волной ударила боль, и это немного отрезвило, но ни на миг не убавило желания. От его крупного, толстого, налитого  члена тянулась прозрачная ниточка смазки, и Джаред немного поводил им Дженсену между ягодиц, прежде чем толкнуться внутрь багровой гладкой головкой.

О презервативах никто из них и не подумал.

Джаред вошел одним движением, как Дженсен и просил, и замер, привыкая к горячей, обволакивающей со всех сторон тесноте.

- Теперь иди сюда, - глухо позвал Дженсен. – Хочу тебя видеть. Хочу тебя целовать.

Джареда окатило волной жара. Он поднял пылающее лицо, через силу улыбнулся и положил руку на возбужденный член Дженсена, погладив вдоль выступающей вены.

- Уверен?

- Еще как!

Конечно, Джаред не ожидал, что его будут ебать, поставив раком и уткнув головой в подушку, хотя именно этот вариант пришел ему в голову, когда Джефф впервые заговорил о специалисте по секс-реабилитации. Но самому брать потрясающе красивого парня, да еще и лицом к лицу, целуясь и глядя друг другу в глаза – это превосходило все его мечты.

Джаред прикусил губу, чувствуя, что сейчас или кончит, или расплачется и, шмыгнув носом, предложил:

- Командуй!

Дженсен обхватил его ногами за талию, притягивая к себе, и прошептал на ухо:

- Сильней. Отпусти себя. Я выдержу.

И Джаред отпустил. Он вбивался так, словно восполнял все те долгие месяцы в больнице, когда боялся посмотреться в зеркало и шарахался даже от персонала. Когда думал, что навсегда останется импотентом и никогда больше не сможет полюбить…

Дженсен под ним был твердым, сильным, отзывчивым. Жадно целовал, до боли впивался руками в плечи, кусал шею, двигался в унисон и не забывал подбадривать Джареда:

- Вот так, Джей, да, еще глубже… О да! Бля, какой же ты огромный! А теперь быстрей.

Джаред плыл, понимая, что уже на грани, что надо как-то дать понять об этом Дженсену, но вместо этого кусал губы и закатывал глаза.

Дженсен понял сам. Уперся руками, останавливая, и длинно выдохнул:

- Притормози…

Джаред замер, раскрывая его одной головкой, едва сдерживаясь, чтобы не толкнуться внутрь снова, приподнимаясь над Дженсеном и удерживая себя на руках. Руки немного дрожали от напряжения, вены вздулись, тело взмокло от пота и стало скользким и влажным.

- Как же ты великолепен! - восхищенно прошептал Дженсен и повел бедрами по кругу, вытягивая из Джареда очередной полустон-полувсхлип.

Член стоял, как каменный, яйца поджались – Падалеки был в шаге от оргазма.

- Хочу кончить первый, - заявил снизу Дженсен.

Глаза у него блестели в темноте, на висках выступили капельки пота, а губы казались непривычно яркими и четкими на фоне светлой щетины. Джаред кивнул. Попроси сейчас Дженсен луну с неба – достал бы, не мешкая.

- Поработаешь ртом?

Вместо ответа Джаред закинул ноги Дженсена себе на плечи, вынуждая его опираться на постель одними лопатками, и легко всосал в рот крепкий ствол. Глубоко всосал, аж до самого основания, беря горлом – сам не ожидал, что получится, но удалось легко, без проблем. Думал, придется долго облизывать языком, приготовился напрягать губы, но Дженсен  вдруг выгнулся дугой, вздергивая бедра еще выше, задушено всхлипнул и выстрелил теплой спермой, орошая Джареду небо.

Джаред замер, осторожно выпуская обмякший член изо рта и облизываясь, и снова запустил пальцы в растянутую дырку, поглаживая ее изнутри и чувствуя, как еще больше поджимаются у него самого яйца.

- Теперь вставь, - великодушно разрешил Дженсен. – Можешь кончить в меня. 

Голосу него сел и охрип, будто именно ему довелось делать глубокий минет, и звучал возбуждающе низко и сексуально.

Джаред не промедлил ни секунды. Втиснулся уже по растянутому, толкнулся глубоко и, ощущая, как специально сжимается вокруг его члена Дженсен, выплеснулся внутри, тут же падая на любовника и придавливая его к кровати своим весом.

- Хорррошо, - раскатисто протянул Дженсен.

Джаред всхлипнул. Ему хотелось сказать Дженсену миллион теплых слов, поблагодарить от всего сердца, объяснить, как много все это для него значит, рассказать, как он счастлив сейчас – так счастлив, что способен летать, но он мог только уткнуться носом в теплую кожу где-то на шее у Дженсена и шумно дышать, смаргивая влагу с ресниц.

Дженсен закинул на него руку и ногу, обнимая совершенно собственнически, накрыл обоих одеялом, и предложил:

- Давай спать? Ночь давно, душ примем утром. 

 ***

Пробуждение рядом с теплым, сопящим, пускающим слюни на его подушку Дженсеном вошло в топ лучших пробуждений в жизни Джареда.

После изматывающего секса он ни разу не проснулся, боль почти отступила, и даже короткая судорога в ноге не смогла испортить Джареду кайфа. Член, доказавший вчера свою состоятельность, уже снова рвался в бой, и Джаред, не терзаясь угрызениями совести, приподнял одеяло, оценивая в утреннем свете ту великолепную задницу, которая доставила ему вчера столько удовольствия. От вида упругих подтянутых ягодиц еще больше захотелось все повторить.

Джаред покачал головой, посмотрел в лицо сладко спящего Дженсена, глубоко вздохнул и направился в ванную, воспитывая силу воли. Душ, завтрак, и только потом, если Дженсен сам захочет – все остальное. А он захочет – Джаред об этом позаботится!

План был хорош, но Падалеки упустил из виду, что Дженсен по натуре сова.

Приближался полдень. Джаред, дурея от собственной смелости, сбегал в булочную за пончиками, сварил кофе, размялся в зале, немного почитал, поговорил по телефону с Джеффом, который обещал заехать, и снова вернулся в спальню, сгорая от нетерпения.

Теперь Дженсен спал на спине, широко раскинув ноги и сбив одеяло на бок. Во сне он казался моложе и невиннее. Не было озабоченной складки между бровей, расслабленные нежные губы не складывались в язвительную усмешку, веснушки добавляли круглому лицу трогательности и очарования.

- Ты опять на меня пялишься, - недовольно пробурчал Дженсен, разлепляя ресницы.

- Доброе утро, - ослепил его улыбкой Джаред. – Хочешь минет? Я почистил зубы.

Дженсен промычал что-то, потянулся  всем телом и спросил:

- А кофе есть?

- Ага, - еще шире заулыбался Джаред. – Кофе в постель и минет?

- Ты фея. Добрая, - констатировал Дженсен, поворачиваясь на бок.

Джаред тут же рванул на кухню. Пока Дженсен в его постели не превратился в ворчливого злобного тролля, следовало и дальше поддерживать в нем редкий оптимизм.

Трех глотков кофе хватило, чтобы Дженсен улыбнулся, а после быстрого отсоса и вовсе пришел в прекрасное расположение духа.

- Джей, знаешь, ты первый человек в моей жизни, кто не раздражает меня с утра, - удивленно признался он.

- Завтрак? – растерянно предложил Джаред, не зная, как намекнуть Дженсену на свою собственную, распирающую трусы проблему. – Я пончиков принес.

- Сначала душ, - отказался тот, почесывая живот. – Я весь какой-то липкий. Даже в заднице все слиплось и тянет.

- Могу растянуть, - застенчиво предложил Джаред, принимая такую откровенность за намек.

- После пончиков, - хмыкнул Дженсен. Потом оценил взглядом величину проблемы и присвистнул: - Хотя, хрен с ними, с пончиками, иди сюда прямо сейчас.

Не заставляя просить дважды, Джаред потянул за низ майки.

- Оставь так, - попросил Дженсен. – Тебе идет. Длинные волосы, щетина, смуглая кожа, белая майка. Бицепсы, - он погладил Джареда по плечу и резко перевел тему: - Только чур не целуемся, у меня во рту настоящая помойка.

Джаред отмахнулся:

- После твоих убойных мятных жвачек, я…

Дженсен мягко закрыл ему рот ладонью.

- Просто позволь мне о тебе позаботиться, ладно?

На то, чтобы опрокинуть Джареда на постель, зубами расстегнуть ему молнию на ширинке и прижаться щекой к плотной ткани боксеров, не скрывающей контуров возбужденного члена, у Дженсена ушло меньше минуты.

- Какой огромный, - с восхищением протянул он так, словно и не принимал ночью, требуя все больше и глубже.

- Я смазку нашел, - рискнул подать голос Джаред, доставая из переднего кармана штанов небольшой тюбик.

От вида голого, готового для следующего раунда Дженсена, у него участилось дыхание и пересохло в горле. А тот, видимо, решил усилить эффект. Встал на колени, перекинув одну ногу через Джареда и возвышаясь над его животом, выдавил смазку на пальцы и потребовал:

- Смотри!

Джаред и смотрел. Он бы в любом случае не мог оторвать взгляда.

Дженсен растягивал себя одной рукой, другой придерживая яйца и еще мягкий член, чтобы Джареду было лучше видно, как скользят пальцы по промежности, как ныряют в глубину, скрываясь по обе фаланги и неохотно вытягиваясь обратно. Он специально откидывался назад, делая зрелище еще более непристойным, а Джаред облизывал губы и чувствовал себя долбанным вуайеристом. Ему нравилось. Ему очень нравилось. А еще хотелось сделать то же самое для Дженсена, но он знал, что в этом спектакле у него другая роль.

Через пару минут, раскрасневшись и тяжело дыша, Дженсен потянул Джареда за резинку боксеров, сдвигая ее под яйца, и ухмыльнулся:

- Готов, жеребец? Сегодня я буду ковбоем!

Джаред представил Дженсена с его кривыми ногами в ковбойской шляпе и кожаных штанах, и непроизвольно поддал вверх бедрами.

- Тихо, лошадка! – тут же сурово бросил Дженсен, начиная очень осторожно насаживаться.

По болезненной гримасе у него на лице было видно, что процесс идет нелегко.

Вчера Дженсен показался Джареду узким, словно девственник, да и трахались они без смазки, поэтому сегодня он решил быть предельно нежным и терпеливым. Как бы не хотелось ему взять быстрый темп, опрокинуть Дженсена на кровать, подмять под себя, подчиняя и доминируя, он сдерживался, как мог.

По шее Дженсена от уха к ключице бежала цепочка вишневых засосов, на плече выделялись два укуса, бедра покрывали синяки – следы от пальцев Джареда. Этот невыносимый, невозможный, самый прекрасный и сексапильный мужчина и так принадлежал ему, и не было необходимости доказывать что-то еще.

Дженсен опустился до упора и немного поерзал, привыкая. Мазнул языком по нижней губе, посмотрел на Падалеки с хитрым прищуром и начал плавными движениями, невыносимо медленно, поднимать и опускать таз.

Джаред стиснул зубы, раздул ноздри, но и двух минут не выдержал такой сладкой муки и взмолился:

- Дженс, пожалуйста, быстрей!

- Ты не на родео, соревнований не проиграешь, - шикнул Дженсен.

Вот язва! У Джареда уже в глазах темнело от желания кончить – и так все утро со стояком проходил, а этот нахал еще и издевается!

Он напряг мышцы пресса и одним коротким рывком сел, привлекая Дженсена к себе.

Ладонь удобно легла между лопаток, возбужденный член Дженсена оказался зажат между их животами, сердца, как оказалось, стучали в унисон.

Дженсен тут же завозился, то ли отстраняясь, то ли наоборот, приглашая. Джаред толкнулся ему навстречу, стремясь попасть по простате, и тепло выдохнул в ухо, проводя языком по мочке:

- Дженсссссс…

Дженсен вздернул бедра и насадился так, что у Джареда перед глазами поплыли звезды.

- Джей!

Это была такая игра для двоих. Непонятно только, кончивший первым станет победителем или проигравшим? В любом случае, свой приз получат оба…

 ***

Они сидели на полу, опираясь спинами о диван, и со смехом резались в приставку, когда раздался звонок в дверь.

Дженсен вопросительно вскинул голову.

- Черт! Я и забыл совсем, - вскочил на ноги Джаред, - Джефф обещал заехать!

Он не заметил легкой тени, мелькнувшей на лице Дженсена, потому что ударился большим пальцем об угол дивана и, подпрыгивая на одной ноге, чертыхаясь и шипя, побежал открывать.

- Джаред? – Джефф одарил его удивленным взглядом. – Черт, отлично выглядишь! На щеках румянец, глаза блестят. Просто круто!

- Ага, - переступая с ноги на ногу, согласился Джаред. – Все хорошо.

Они никогда не были особо близки. Это Джефф, любимец родителей, выбрал одобренную ими карьеру и всегда оправдывал ожидания семьи, а Джаред, сбежавший из дома в восемнадцать и подавшийся в каскадеры, почти не поддерживал отношений с родными. Но после горного обвала именно Джефф устроил его в свою клинику и сделал все возможное, чтобы помочь брату. После нескольких операций, когда Джаред пришел в себя, осознал, во что превратилась его жизнь, и больше всего хотел умереть, он снова и снова знакомил его с психоаналитиками, помогал освоить костыли, за руку водил на физеотерапию, сидел с ним долгими часами, пытаясь расшевелить, и терпел все его буйные перепады настроения.

Джаред улыбнулся и пожал Джеффу руку:

- Рад тебя видеть. Заходи! Мы с Дженсеном недавно поели, но могу предложить пиццу или пару бутербродов, если ты голодный.

- Дженни здесь?

- Привет, Джефф.

Дженсен, напустивший на себя независимый и насмешливый вид, был настолько не похож на того парня, которого успел узнать Джаред, что это выглядело пугающе. 

- Иди ко мне, моя прелесть, - широко заулыбался Джефф, обходя Джареда и целеустремленно наступая на Дженсена.

Они неловко обнялись, и Дженсен тут же сунул руки в карманы, отступая к окну.

- Дженни? – переспросил Джаред, переводя взгляд с одного на другого и начиная кое-что понимать. – Ты хочешь сказать…

- Ну да! – Джефф плюхнулся на диван. – Братишка, ты пиццу обещал. Сбегай, разогрей, а мы тут пока побеседуем. Джен, сто лет тебя не видел. Слышал, твой бизнес процветает, да?

Джаред тряхнул головой и, не глядя в сторону мужчин, торопливо отправился на кухню. Не потому что его туда послал Джефф – ему и самому надо было побыть в одиночестве и кое-что обдумать.

Брат поступил в престижный колледж на другом конце страны, когда Джаред еще учился в школе. На втором курсе Джефф начал встречаться с какой-то Дженни. Это был последний год, когда Джаред жил с родителями, и он отлично помнил полные восторга рассказы брата о том, какая Дженни умница и красавица. Как она отлично учится, прекрасно готовит, и как они любят друг друга. Ее имя фигурировало в каждом письме и телефонном разговоре. Когда Джаред разругался с семьей из-за нежелания поступать на юридический и идти по стопам отца, Джефф и Дженни уже вместе снимали квартиру, и отец настойчиво предлагал Джеффри привезти подругу на каникулы. С ней мечтали познакомиться все родственники, а мама уже строила планы свадьбы.

Самого момента знакомства Джаред не застал – они с Сэнди уехали в Голливуд, пытать счастья, ну а к Рождеству, когда он заскочил на пару дней домой, о Дженни уже никто не вспоминал.

Сопоставив факты с рассказом Дженсена о драме в отношениях, Джаред сделал правильные выводы и глубоко вздохнул, до боли сжимая руки в кулаки.

Только сейчас до него медленно стало доходить то, о чем следовало задуматься раньше. Дженсен не просто нравился ему – это было что-то большее. Джаред еще не мог понять, насколько сильно влюблен, но интуитивно чувствовал, что все слишком серьезно. Гораздо серьезнее, чем было с Сэнди или даже с Женевьев.

Они подходили друг другу идеально. Никто, кроме этого парня, не смог бы вытащить его из той скорлупы, в которую он сам себя загнал. Дженсен легко и почти играючи за пару дней сделал то, над чем долго работали, так и не добившись результатов, медицинские светила. Черт, да Дженсен словно был создан для него – ироничный, командующий, насмешливый, нахальный злюка. Понимающий, заботливый, забавный, терпеливый друг. Идеальный, страстный, отзывчивый партнер в постели. Он был нужен ему не временно, не в качестве случайно выбранного специалиста, а навсегда, на долгие годы.

Вот только поймет ли это Дженсен? Поверит ли в это?

И нужен ли на самом деле Дженсену Джаред, или все три дня он лишь притворялся, чтобы угодить Джеффу?

Джаред провел руками по лицу и решительно вернулся в гостиную. Больше всего он опасался, что станет свидетелем примирения двух бывших любовников. В случае чего, жена и двое детишек Джеффа вряд ли стали бы для них препятствием. Но оказалось, что Джефф все так же сидит на диване, теперь уже мрачный как туча, а Дженсен курит, выдувая дым в открытое окно.

Джаред тут же вспомнил, после чего Дженсен курил в первый раз, и мысленно обозвал себя идиотом. Не сдержав порыва, быстро пересек комнату, отобрал у Дженсена сигарету, выкинул ее в окно и поцеловал его ладонь. А потом, не выпуская этой ладони из рук, повернулся к брату.

- Хочу сказать тебе спасибо, Джефф. Если б не ты, мы бы никогда не познакомились. Дженсен просто идеален, и я очень надеюсь продлить контракт еще на пару месяцев…или даже лет.

Дженсен сглотнул и отвел глаза, а Джефф низко хохотнул:

- Вот так скорость! Может, еще и родителям его представишь?

Джаред легко выдержал его взгляд:

- Конечно! В отличие от тебя я всегда был непослушным сыном. И у меня нет проблем с тем, чтобы заставить их принять мой выбор.

- Не надо никого заставлять, - подал голос Дженсен, пытаясь отнять у Джареда руку.

Джаред не отпустил, а, наоборот, с силой переплел их пальцы. Хорошо, что это была здоровая рука, а то могло бы не получиться.

- Дженни это не нужно, - поднимаясь с дивана, снисходительно сказал Джефф. – Он действительно занимался твоим вопросом по моей просьбе, но вряд ли сможет делать это дальше. Мне жаль, братишка, что все зашло так далеко. Я не думал, что ты всерьез увлечешься. Видишь ли, Эклз - персона занятая и на пару месяцев тебе его не получить.

Джаред повернулся к Дженсену и вопросительно задрал брови.

- Прости, Джей, - немного смущенно выдавил Дженсен. – Я не притворялся, все было по-настоящему. И я рад, что смог тебе помочь. Но меня ждет работа. Неделя в счет отпуска – максимум, что я мог себе позволить.

- Дженни заведует отделением психологии в лучшей больнице штата, - пояснил Джефф. – Без его целительного присутствия не только психи на стену лезут, а еще и персонал с ума сходит.

- Прости, - снова сказал Дженсен, пожимая Джареду руку и тихонько высвобождая пальцы.

Джареда словно ведром ледяной воды окатили. Сразу стало понятно слишком многое.

Профессионализм Дженсена, его пренебрежение к условностям, чувство собственного достоинства, слова Данниль. Но было и другое, что совершенно не вписывалось в нарисованную братом картину. Искренняя забота, заинтересованные взгляды, потрясающий секс.

- Зачем ты согласился на предложение Джеффа? – снова теряя способность говорить внятно и сильно кривя рот на сторону, прошамкал Джаред.

- Ну…Джефф показывал твои фильмы. И фотографии. И многое рассказывал о тебе, еще когда мы жили вместе. Ты правда нравился мне, Джей, и я хотел тебе помочь.

- Помог, - глухо выговорил Джаред, отворачиваясь к окну.

Судя по шумному сопению, сзади подошел Джефф:

- Что это с ним, Дженни?

- Думаю, ему стоит побыть одному, - тихо сказал Дженсен.

Это действительно было то, чего хотел Джаред, но уже одна мысль, что Дженсен снова читает его, как открытую книгу, вызывала неконтролируемый приступ бешенства. Он все это время видел его насквозь и делал так, как надо, а не так, как чувствовал и думал сам!!! И зачем?! Для чего? Чтобы написать потом какую-то научную работу?

- Уйдите все, - сквозь зубы процедил Джаред, сдерживаясь из последних сил, чтобы не заорать и не начать кидаться вещами.

Удивительно, но всего три дня рядом с Дженсеном превратили его в уравновешенного, почти уверенного в себе человека, а теперь, ощутив неизбежность потери, за каких-то пять минут он снова становился опасным психом.

- А как же моя пицца? – то ли обиженно, то ли возмущенно протянул Джефф.

- Она испортилась, - с мстительным злорадством ответил Дженсен, и Джареду захотелось поаплодировать этому парню.

Как бы он его не ненавидел, при этом все равно не мог перестать любить.

 ***

День был долгим и утомительным. Административные сложности, общение с родственниками пациентов, такими нервными, что Дженсен им самим прописал бы каких-нибудь седативных препаратов, истерика беременной медсестры… Любимое кресло и банка пива помогли расслабиться, а плотный ужин и массаж могли и подождать.

Дженсен пощелкал кнопками пульта, переключая каналы, и замер, увидев знакомое лицо.

Джаред на экране выглядел просто замечательно. Молодой, загорелый, красивый. От прежних уродливых рубцов на щеке осталось лишь два едва заметных шрама, отсутствие мочки уха маскировала удачная прическа из длинных волнистых волос, падающих на шею, улыбка поражала яркостью и каким-то зажигательным оптимизмом. И говорил он теперь так четко и красиво, что сложно было представить, что когда-то этому парню требовался логопед.

- Прошло больше года с момента постигшей нас всех трагедии. Тогда вы потеряли хороших друзей и сами долгое время находились между жизнью и смертью, - распиналась светловолосая ведущая, наклоняясь так, чтобы гостю передачи было хорошо видно ее глубокое декольте. – Как вы справляетесь с этим сейчас? Поддерживаете отношения с бывшими коллегами или родными и близкими погибших?

- Конечно, - уверенно ответил Джаред. – Мы с Джеффри Морганом основали специальный фонд. Кроме того, все, кто выжил после обвала, регулярно созваниваются и устраивают встречи. Большинство полностью оправились и даже являются нашими клиентами.  

- Напоминаю, - широко улыбнулась в камеру блондинка, - что мы ведем беседу с Джаредом Падалеки, владельцем модного туристического агентства «Риск», которое предоставляет самые запоминающиеся и эффектные туры во все уголки земли. Если вы хотите не просто посидеть на пляже у кромки моря, а мечтаете о настоящем приключении, ярких впечатлениях и адреналиновом подъеме, обратитесь в агентство Джареда, и вам подберут тур по вашему вкусу.

Падалеки вежливо помахал зрителям и одарил их профессиональной улыбкой.

- Джаред, а это правда, что вы и сами иногда выступаете в качестве гида?

- Случается, - подтвердил Джаред. – В основном я сопровождаю горные группы.

- А вам не страшно? – ведущая округлила глаза и захлопала ресницами, изображая повышенный интерес. – Многие на вашем месте держались бы исключительно равнин.

Джаред снисходительно приподнял бровь:

- Я предпочитаю бороться с собственными страхами и побеждать их, как пристало мужчинам. Признаюсь, первое время проблемы были. Я не только в горы, даже на улицу боялся выйти, но потом случилось чудо, и я понял, что все преодолимо.

- И что за чудо?!

Джаред сложил руки на груди и перед тем, как ответить, выдержал паузу, накаляя обстановку:

- Скажем так, я встретил человека, который доказал мне, что нет ничего невозможного. Именно благодаря его поддержке и вере в меня, я и достиг всего, к чему пришел.

Блондинка понимающе заулыбалась:

- Догадываюсь, что вы говорите о Джеффри Моргане, так ведь? Он был режиссером фильма и пострадал больше всех. Некоторое время мистер Морган был полностью парализован, но сейчас, благодаря усилиям врачей, добился огромных успехов. Он все еще пользуется инвалидным креслом, но прогнозы очень оптимистичные. Джаред, - девушка подняла на Падалеки васильковые глаза, - многие думают, что с Джеффри Морганом вас связывает не только дружба. Это так? Или все же правы те, кто считает, что мисс Кортез, ваша бывшая невеста, которая, по слухам, хочет к вам вернуться, имеет неплохие шансы на успех?

Джаред расхохотался.

- Неправда. Ни одно, ни другое. И я, как вы, наверное, уже знаете, не отвечаю на вопросы о личной жизни.

- Но она у вас все же есть? Или ваше сердце свободно? По версии журнала «Smart man» вы входите в десятку самых популярных холостяков нашего города. Вы состоятельны, привлекательны и свободны. Наши юные зрительницы и читательницы женских журналов мечтают знать, есть ли у кого-то из них шансы?

- Никаких, - широко улыбаясь, заявил Джаред. – Мое сердце занято.

Дженсен усмехнулся, отхлебнул из банки еще глоток пива и переключил программу на музыкальный канал. Ритмичная однотипная музыка усыпляла, и он уже начал дремать, когда послышался звук отпираемой двери, стук ключей, упавших на пол, и тихое чертыхание.

Дженсен зевнул и потянулся. Еще через минуту раздались легкие шаги, и две теплые ладони легли ему на плечи, разминая напряженные мышцы, поглаживая их, растирая уверенными движениями.

- Опять совсем замотался? – спросил Джаред. – Ты хоть поел?

- Неа, тебя ждал, - мотнул головой Дженсен и ехидно поинтересовался: – Так это Морган то «настоящее чудо», которое с тобой случилось? Это он в тебя поверил?

- Дженс, - укоризненно протянул Джаред и легко коснулся губами его виска, - ты же сам не любишь ненужной рекламы! Ну, хочешь, я созову пресс-конференцию и встану перед камерами на одно колено, делая тебе предложение?

- Придурок, - беззлобно фыркнул Дженсен. – Пошли ужинать, я разогрею вчерашнюю лазанью. Сегодня ничего приготовить не успел. Устал очень.

- Обожаю твою лазанью. Хоть позавчерашнюю, - горячо воскликнул Джаред и притянул Дженсена к себе, крепко его целуя. 



Сказали спасибо: 538

Чтобы оставить отзыв, зарегистрируйтесь, пожалуйста!

17.03.2016 Автор: Иланг20

Спасибо!Вы просто молодец!Такая гамма чувств и эмоций,неуверенности,боли и страха Джареда,а Дженсен,словно,теплый и яркий солнечный лучик промозглой осенью!Удивительная,необычная,будоражащая все потаенные уголки души работа!СПАСИБО!

Логин:

Пароль:

 запомнить
Регистрация
Забыли пароль?

Поиск
 по автору
 по названию




Авторы: ~ = 1 8 A b c d E F g h I J k L m n o P R s T v W X y z а Б В Г Д Е Ж З И К м Н О П С Т Ф Х Ч Ш Ю

Фанфики: & ( . « 1 2 3 4 5 A B C D F G H I J L M N O P R S T U W Y А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я

наши друзья
Зарегистрировано авторов 1350